— Как у тебя дела с Истязаниями? — поцеловав её в лоб, Альдрейк заправил короткие пряди ей за уши.
— А не видно? — скривилась Ровена и дёрнула плечом. — Чародей Йорвен говорит, что всему своё время, но когда придёт моё, не признаётся.
— От меня вообще бегает. Старый говнюк.
Ровена наступила на ногу Альдрейку и вывернулась из объятий. Сложив руки под грудью, она демонстративно отошла в сторону. Альдрейк вздохнул и наложил на дверь замысловатое запирающее заклинание, которое нашёл в секции для магов в библиотеке, а после обернулся к ней:
— Что?
Ровена зло глянула на Альдрейка исподлобья:
— Он спас меня. Не смей так говорить о нём.
— Это когда было? — Альдрейк хрустнул пальцами и приблизился к Ровене; от него повеяло пугающим холодом. — Забудь уже. Есть только здесь и сейчас. А здесь и сейчас у тебя есть я. А он… Ты же в курсе, что это он должен решить, готова ты к Истязаниям, или нет? Он подаёт кандидатуру Старшим чародеям, а они уже решают, допустить или не допустить к Истязаниям. А знает, что делают с теми учениками, кого не допускают? Их…
— Усмиряют! — рявкнула Ровена; в горле клокотал ком, в глазах пощипывало. — Слышала уже, спасибо! И что?
— А то, что твой ненаглядный чародей Йорвен…
— Он и твой наставник тоже! — Ровена растёрла ладонями глаза. — Зачем бы ему оттягивать наши Истязания? Можно было раньше усмирить! Нет, он же продолжает…
— Ты ещё такая наивная, Ровена… — покачал головой Альдрейк; он опустился на колени и выложил на пол из поясной сумки склянки, карандаш и тоненький стилет. — Он всего лишь чародей. Боевой маг. Если у него не будет учеников, его или заберут в какую-нибудь армию, или однажды решат, что незачем кормить, и усмирят. Здесь каждый сам за себя. Так что: будешь ждать у моря погоды или бороться?
Ровена в растерянности побарабанила пальцами по предплечьям. Чародей Йорвен не посмел бы причинить ей вред — но это было до того, как она нарушила обещание быть предельно честной и солгала об отношениях с Альдрейком и о том, чем они занимаются наедине, какие трактаты читают и чего хотят достичь. Может быть, сейчас чародей Йорвен и вправду разочаровался в ней? «Уже даже Сесиль прошла Истязания, — Ровена покусала губу. — А когда моё время? Она пришла в Круг раньше, но она всегда была в отстающих… Может, Альдрейк прав?» Ровена приподняла бровь, Альдрейк убедительно кивнул.
Альдрейк всегда называл Круг самым ужасным местом во всём Тедасе, а Ровена всегда соглашалась с ним, хотя и не верила в это до конца. В конце концов, в Круге её не просили показать “фокусы”, не смотрели как на проклятую (впрочем, находились ученики, которые на себя смотрели с таким отвращением) и не запирали в комнате один на один со стенами и Песней Света; в Круге ей улыбались, с ней дружили — её принимали полностью, с молниями, бушевавшими в груди и на пальцах. Однако в Круге же розги со свистом опускались на тонкие бледные пальцы, а слёзы щипали в глубоких ранах; в Круге её бесстыже лапали железные острые когти перчатки, подмороженной Альдрейком; в Круге во сны прорывались соблазняющие шепотки; в Круге в груди поселилось холодное ожидание гибели…
Тряхнув хвостом, Ровена опустилась на колени рядом с Альдрейком:
— Что ты придумал на этот раз?
Когда они встречались в этой комнатке, Альдрейк приносил какой-то клочок новой, неизведанной — не ученической — магии! Они научились не просто швыряться огненными шарами, но вселять ужас в соперника — правда, чтобы набить руку, Альдрейку пришлось повозиться с ловлей мышей во время дежурства на кухне, — они прочли трактаты о духах и демонах — точнее, клочки, которые удалось Альдрейку украдкой переписать в библиотеке, — они обжигались, смешивая зелья и проверяя проводимость металлов — на этот раз Ровене пришлось отвлечь чародея Йорвена, чтобы утащить образцы. Ровена не спрашивала, откуда Альдрейк берёт рецепты, исследования, трактаты, а ему каждый раз удавалось её удивить.
На этот раз Альдрейк с неприкрытым самодовольством крутанул стилет между пальцами. Металл завораживающе сверкнул, белой вспышкой отражаясь в его угольно-чёрных глазах, и лезвие коснулось раскрытой ладони. Полоса тёмной крови проступила на коже. Альдрейк плавно качнул ладонью, едва шевеля губами, и тут же по каменной кладке расползся иней, ветер закружил в стенах, а с потолка посыпалась снежная крошка. Кровь испарилась. Рана затянулась.
Пару недель назад они попытались освоить боевые заклинания на большую площадь, но как у неё не получалось набросить статическую клетку, чтобы прошибить пространство молниями, так и Альдрейку не удавалось закружить комнату во вьюге.
Ровена ахнула. Облачко пара сорвалось в холодный воздух.
Магия крови.
Ровена должна была отшатнуться от Альдрейка, как от прокажённого, как обычные люди от магов, должна была завопить, зовя на помощь, или застыть в ужасе. Но её как будто оплело туманной дымкой сна: Ровена потянулась к его руке. Кончики пальцев скользнули по ладони, где мгновение назад был порез, — не осталось и следа.
— Ты… Сошёл с ума?
Добавить комментарий