«Кровь, кровь…» — восторженно улыбалась Старшая чародейка Лидия, навек живая в её воспоминаниях, и Ровена начинала понимать. Если бы не кровь Тревельянов, её бы без колебаний усмирили за эти еретические высказывания — впрочем, усмирили бы ещё раньше, не посмотрев на заступничество чародея Йорвена. Если бы отец приказал, усмирили бы.
А он не приказывал. Любил? Или просто пытался наладить торговые отношения с кем-то из Тевинтера, кичась далёкой, невнятной связью с домом какого-то магистра, и живой, действующий, сильный маг был аргументом?
Но что толку от крови, если есть те, кто могут её пустить при малейшем несогласии? Если есть те, кто может заглушить её силу парой рун?
Ровена дёрнула руками — железо больно впилось в запястья. Ей не дали шанса на спасение. Никто не придёт за ней, не протянет руку — ей остаётся только держаться. И надеяться, что о ней не забудут.
Ровена снова провалилась в темноту.
Проснулась — или очнулась она — от того, что под кожей единым потоком, как огромной волной Недремлющего моря, накрывающего башню в шторм, прокатилась сила. Чуть прохладная, щекотная, она скользнула по жилам. Звякнуло железо. Ровена открыла глаза и сощурилась. Со свет-камнем в стеклянном футляре перед ней стояла Зельда и протягивала смуглую мозолистую руку. Ровена тяжело моргнула и без слов вложила пальцы в её ладонь.
Идти было тяжело: боль простреливала спину при каждом шаге, каждая ступенька ощущалась как вершина горы. Зельда поддерживала Ровену за бёдра, стараясь не прижиматься к спине, и по её тяжёлому дыханию Ровена понимала: всё плохо. Но ни слова не могла сказать.
Зельда привела Ровену в их спальню, даже с узеньким окошком казавшуюся просторной и светлой, как гостиная в особняке Тревельян, посадила на край узенькой кровати, вышла и вернулась с двумя усмиренными. Один нёс разбухшую тёмную лохань, второй — два ведра воды, а Зельда держала в руках булку хлеба и кувшин с водой.
— Не пей и не ешь сразу много, — предупредила она и принялась замешивать воду в лохани.
Запахло горечью эльфийского корня. Ровена отщипнула кусочек хлеба — мягкий, сладковатый, он показался ей вкуснее всех десертов, какие готовили отцовские повара. Пригубила воду и растерянно посмотрела на Зельду. С сосредоточенным лицом она отмеряла зелья, отрывала лепестки от сушёных трав. По воде лодочками поплыли большие округлые листы араборского благословения.
— Ты здорово навела шороху в Круге. Маги, ученики, чародеи после твоей речи и того, что сделала эта церковная сука с тобой, навели шум. Старший чародей Ариэль обратился к рыцарю-командору, хорошо, ученики, которые пытались его убить, растерялись и травмы оказались поверхностными, и рассказал, как ты спасла Старшего чародея Йорвена. А мы рассказали, что ты не отрицала Создателя, а лишь сожалела о том, что он допустил кровопролитие в Круге.
— Зачем? — поморщилась Ровена. — Это же неправда…
Хлеб она уже съела, и теперь опрокинула в себя остатки воды. Зельда пожала плечами и, захлопнув сундучок, на котором была выгравирована лилия, подошла к Ровене:
— Мы хотели тебе помочь. Ты не заслужила… Такого. Мы все боролись, но не все спасли тех, кого хотели. У тебя получилось.
— Да ну? — тускло усмехнулась уголком губ Ровена.
Зельда прихватила её за плечо, заставляя подняться, и помогла снять льняную сорочку. Ровена вскрикнула — прилипшая к ранам ткань оторвалась обжигающе резко. Зельда болезненно поморщилась:
— Прости. Эта ванна тебе поможет.
Ровена кивнула и, повиснув на плече Зельды, опустилась в горячую, благоухающую травами лохань. Раны на спине вспыхнули болью, а после она унялась, уступая место спокойствию.
— Ты хорошо училась у Старшей чародейки Лидии. Она хвалила тебя, перед тем как… — Ровена невнятно застонала и прикрыла глаза. — Сколько я там пробыла?
— Сутки, может, чуть больше. Рыцарь-командор приказал отстранить от службы храмовниц, выполнявших поручение преподобной матери без его одобрения.
— Как жаль, что мне от этого ни капельки не грустно, — фыркнула Ровена и с головой ушла под воду; Зельда сказала что-то ещё, отшутилась, кажется, но вода проглотила звук. Вынырнув, Ровена мотнула головой: — Поверить не могу, у вас получилось.
— Вообще-то нет, — улыбнулась уголком губ Зельда, и в её глазах сверкнуло озорство. — У нас бы ничего не получилось без одного человека.
У Ровены затряслись руки, она вцепилась в борта лохани, но тут же бухнулась обратно. Вода зашумела, расплескалась во все стороны. На зелёном ковре расплылось тёмное пятно. Голова закружилась.
— Значит… Значит…
— Да. Чародей Йорвен жив. И пришёл в себя.
— Мне нужно к нему!
Новость о чародее Йорвене придала Ровене сил. Она вылезла из лохани без помощи Зельды, наспех оделась и чуть ли не бегом кинулась в лазарет.
Добавить комментарий