Будь прокляты незапирающиеся двери Маяка! Будь проклят Солас, осквернённые древнеэльфийские маги и Инквизитор, вовремя не различившая в своих рядах предателя ,— пусть будут прокляты все, из-за кого Мириам приходилось сдерживать желание вскочить на стол и, преодолев его в несколько шагов, прижать кинжал к горлу Нэв, и вместо этого маневрировать между истиной, ложью и полуправдой на благо всего мира.
— Не думаю, — протянул Эммрик. — Если бы это кольцо носили, оно внутри бы блестело, а оно и снаружи, и изнутри мутное. Кроме того, оно не золотое, не серебряные и даже не медное. И никаких драгоценностей. Это не обручальное кольцо.
— Нет, это оно, — с нажимом отозвалась Нэв. — Я обратилась к отголоскам. Вокруг него нежность, любовь, сожаление.
Губы Мириам сжались в тонкую полосу, ладонь опустилась на рукоять кинжала, вечно торчащего за поясом.
— Нэв, — голос Луканиса низко завибрировал. — Ты перегибаешь. Ты можешь не доверять Рук, злиться, но отголоски эмоций… Не все любят говорить о своих чувствах. И никто не вправе заставлять.
— Поразительная забота о чувствах от Антиванского Ворона.
Голос Нэв разъедал кожу жаром, что яд виверны, а Луканис, перехватив кольцо у Эммрика, протянул его Мириам. Она поблагодарила его коротким кивком и сжала кольцо в кулаке. Казалось, оно ещё хранило тяжёлый аромат благовоний Старкхэвенской Церкви и тепло руки Алистера. Мириам попыталась примерить его — велико. Впору оно ей было недолго: пару безмятежных лет, что они провели на окраине Орлея. Потом снова пришла война — Брешь, ложный Зов, кровавые эксперименты над осквернённой кровью в Минратосе, — и кольцо, если не сваливалось с пальца, болталось на нём, как кольца на колышках в день ярмарки в Денериме.
Перекатывая кольцо в ладонях, Мириам прямо посмотрела на Нэв.
— Ты рылась в моих вещах?
— Ты сама бросила мне вызов, — скривилась Нэв. — Тогда, в Минратосе, ты отказалась отвечать на мой вопрос. Сказала, узнать самой…2
— И ты решила узнать, порывшись в моих вещах? — с недоверчивой усмешкой покачала головой Мириам. — Грязный приём. Слишком грязный даже для детектива из нижнего города.
— Прости, Нэв, — развёл руками Даврин. — Но это и правда даже Ассан мог сделать.
— Он уже успешно копается в моих вещах изо дня в день, — многозначительно заметил Эммрик.
— Это всё, что тебя интересует, Даврин?
Нэв сложила руки под грудью и прошлась от одного угла до другого — пространство было слишком маленьким, чтобы чеканить шаг, так что протез дробно барабанил по каменной плитке, эхо взметалось под своды столовой и било Мириам по ушам. Отставив в сторону вино, она глянула на Даврина. Тот нахмурился и спросил:
— О чём ты?
— Рук — Серый Страж. Разве Серые Стражи могут жениться? Заводить семьи?
Даврин пожал плечами. Нэв нашла, у кого спрашивать: Даврин дальше героической смерти заглядывать не рисковал. О каком браке, о каких семьях она спрашивает у него, если в Вейсхаупте он собирался вверить Ассана рукам Мириам? Поэтому Мириам лениво отозвалась:
— Можем. Да, я была замужем.
— Даврин? — требовательно позвала его Нэв.
Тот взъерошил жёсткие волосы и грохнул ладонями по столу. Посуда забряцала. Его бокал опрокинулся. Вода хлынула в тарелку Хардинг, та в последний момент успела поднять жаркое.
— Что ты хочешь от меня, Нэв? — поморщился Даврин и, помассировав лоб, добавил: — Ну вообще да. Эвку с Антуаном не видела, что ли? Никто не запрещает нам жениться. Мы ж не церковники всякие. Просто… Зачем это делать? Серые Стражи и так всегда вместе, а связывать свою жизнь с кем-то вне Ордена…
— Обречь его на жизнь в одиночестве, — закончила за него Мириам. — Поэтому я была замужем за Серым Стражем. Век Стражей короток, и мы решили, что ничего не потеряем, если принесём клятву перед ликом Создателя. Так есть надежда, что мы хотя бы в посмертии встретимся.
— Но почему ты не сказала нам?
Это выпалила сидевшая прежде тихо Беллара. Когда все обернулись к ней, она охнула и поспешила исправиться:
— Я имею в виду… Мы доверяли тебе все тайны… Мы… Ты, может быть, кому-то нравилась. Мы рассказывали тебе… О своих семьях.
— Потому что это не имело отношения к делу. И до сих пор не имеет, так что благодарите Нэв за любопытство. Кстати, — Мириам подкинула кольцо и поймала его в кулак. — Где цепочка?
— Какая… Цепочка? — растерялась Нэв.
— Цепочка, с которой я никогда не снимаю это кольцо. Ты ведь рылась в моём комоде, неужели не заметила, что кольцо было на цепочке?
—Там и лежит. Мне она без надобности.
Мириам примерила кольцо на указательный палец и, наблюдая, как отблески свечей расплываются в мутном золоте, с нарочитой небрежностью выдохнула:
— Какое облегчение. Неловко вышло бы, если бы в Доктауне узнали, как их детектив украл вещь во время обыска.
— Не переводи тему, — сощурилась Нэв. — Где твой муж?
Звякнули приборы на другом конце стола — это Нитка Хардинг стукнула кулаком по столу и скрежетнула стулом:
— Нэв! Рук не заслужила такого отношения! Она помогала нам, мне. Мы с ней спускались на Глубинные Тропы. Думаешь, если бы у неё был какой-то план, стала бы она мне помогать?
— Втереться в доверие — это классический приём преступников.
— Остановись, Нэв! Это никак не поможет делу!
— По-моему, как раз наоборот. Ну так что?
— Я в этом не участвую! Встретимся позже.
Насупившаяся Нитка подхватила тарелку с ужином и вышла из столовой. Их осталось шестеро.
Добавить комментарий