Метка: пропущенная сцена
-
2183 год, система Хок — «Нормандия» Лея Шепард не может спать. Даже глаза на минутку сомкнуть не может без того, чтобы увидеть райские пейзажи Вермайра, пожираемые ржавыми волнами ядерного гриба. И фигуру лейтенанта Аленко. Кайдена. Он стоит в самом центре взрыва, молча смотрит на неё самыми честными добрыми глазами, полными восхищения и заботы, улыбается краем…
-
2185, Ванкувер Берцы рвано всхлипывают в лужах. Ванкувер утопает в ледяном дожде, и Лея прячет руки подмышки. Спустя месяц заключения и месяц приёма биотических блокаторов, от которых мутит сознание и желудок, ей наконец разрешили прогулки — и Лея Шепард до сих пор не может этому поверить и пользуется каждой возможностью, как впервые. Лейтенант Вега уныло…
-
С каждым мигом в зале становилось тяжелее дышать. Украдкой ослабив тесьму на льняной тунике и вскользь коснувшись ключиц, Мириам сложила руки перед собой и повела плечами. Ей всё ещё нужно было сохранять достоинство, осанку и терпение. За узким окном густели августовские сумерки, но прохладой и не веяло: напротив, воздух раскалялся всё сильнее и сильнее. Эрл…
-
Сара в третий раз сверяется с билетом, протянутым Майклом вместо купленного ею, и распахивает дверь купе. Здесь пусто. С судорожным вздохом Сара опускается на нижнюю койку. До Балтимора ехать чуть более суток, и здорово, что можно провести это время с комфортом, в покое. Хотя бы попытаться познать покой. Впервые за последние недели. Майкл с грохотом…
-
С каждым шагом пустынный воздух становился гуще. Вязким привкусом на языке отзывались кровь и горечь скверны, что впитали эти пески. Тёплый стремительный ветер Западного Предела кружил и затягивал бежевой пеленой всё, что только можно было разглядеть, вынуждая прикрывать глаза ладонью. Песчинки и обточенные временем и ветром кости больно кололи неосторожно обнажившуюся щёку. Мириам подтянула платок…
-
Особняк на окраине Стамбула казался совсем нежилым: пустым и тихим, как склеп, как и любой замок, который выбирал Влад. Только теперь эта тишина совсем не пугала, не царапала тревожными ледяными мурашками нежную кожу — успокаивала. И чтобы не потревожить её, Лайя даже осторожно сняла на пороге комнаты удобные босоножки с серебряными нитями, под стать подаренному…
-
— Грязно, Ви, очень грязно, — бормочет Ви, обслюнявленным пальцем раздражённо стирая пятна засохшей крови с левого предплечья новенького плаща. Помогает это несильно, и остаётся надеяться, что на точке с «приличным шмотьём» ей лапши на уши не навешали и эта синтетическая кожа действительно переживёт и кислотные дожди, и липкий алкоголь ночных клубов, и канализационную вонь,…
-
Ви выходит от Реджины с премиальными эдди на карте и смутными эмоциями, которые неочищенным кэшем болтаются в подсознании. Сожаление и раздражение дерутся остервенело, как бездомные за последние крошки «Буррито XXL», который кто-то вытащил из автомата, да так и не смог доесть. Ви с сожалением оборачивается на закрытую дверь: из всех фиксеров Реджина, пожалуй, проще всего.…
-
В каморке холодно и раздражающе дёргается старая мутная лампа, а незахлопнувшаяся дверь противно поскрипывает петлями, шатаясь туда-сюда. И когда она приоткрывается, всё глохнет в грохоте волн. Хоуп кривится, покусывает губу и раздражённо выцарапывает зигзаги вокруг колец блокнота. Книга не поддаётся. «Книга Апокалипсиса» иногда кажется таким же живым творением Шепфа, как люди, бессмертные, звери и птицы.…
-
«Нормандия», 2186 Двери лифта раздвигаются мучительно медленно и с отвратительным пыхтением, так что Лея успевает грешным делом подумать, не подхватила ли СУЗИ какой вирус на «Кроносе» или не переметнулась ли к «Церберу», вспомнив, кому обязана своим случайным появлением. И тут же — вываливается из лифта, едва не споткнувшись о распластавшуюся у заблокированной двери тень. Джокер!…