Метка: психологизм
-
— Грязно, Ви, очень грязно, — бормочет Ви, обслюнявленным пальцем раздражённо стирая пятна засохшей крови с левого предплечья новенького плаща. Помогает это несильно, и остаётся надеяться, что на точке с «приличным шмотьём» ей лапши на уши не навешали и эта синтетическая кожа действительно переживёт и кислотные дожди, и липкий алкоголь ночных клубов, и канализационную вонь,…
-
Ви выходит от Реджины с премиальными эдди на карте и смутными эмоциями, которые неочищенным кэшем болтаются в подсознании. Сожаление и раздражение дерутся остервенело, как бездомные за последние крошки «Буррито XXL», который кто-то вытащил из автомата, да так и не смог доесть. Ви с сожалением оборачивается на закрытую дверь: из всех фиксеров Реджина, пожалуй, проще всего.…
-
В каморке холодно и раздражающе дёргается старая мутная лампа, а незахлопнувшаяся дверь противно поскрипывает петлями, шатаясь туда-сюда. И когда она приоткрывается, всё глохнет в грохоте волн. Хоуп кривится, покусывает губу и раздражённо выцарапывает зигзаги вокруг колец блокнота. Книга не поддаётся. «Книга Апокалипсиса» иногда кажется таким же живым творением Шепфа, как люди, бессмертные, звери и птицы.…
-
Фэйсяо просыпается ночью. В палате темно, только сквозь окошко, расположенное так высоко, чтобы, видимо, никто не пытался сбежать, роняет длинный рассеянный луч света луна. Не кровавая — золотая. Фэйсяо медленно садится на постели и накидывает на плечи плащ. Холодный, он ещё хранит запах битвы: крови, металла, подпаленной шерсти и льда. Фэйсяо затягивает ремень плаща поверх…
-
Анна сегодня в патруле — к счастью, если, конечно, так можно назвать возможность посидеть в комнате, задвинув хлипкую щеколду, и не разговаривать ни с кем, ни на кого не отвлекаться — и в пустой комнате мрачно; в исчерченные морозными узорами стёкла практически не попадает мутный свет уличных фонарей. Хоуп допивает очередную чашку облепихового чая (правда,…
-
— Здесь слишком много стен, — заявляет Ви так авторитетно, будто бы кто-то всерьёз интересовался её мнением, и закидывает ноги на низенький столик перед диваном. — Никто не мешал тебе устроиться в пустом мусорном баке где-нибудь в Кабуки, — задорно подмигивает ей Джеки и, позвякивая бутылками пива, пристраивается рядом: без лишних церемоний тоже по-хозяйски закидывает…
-
Ви не привыкла витать в облаках: когда растёшь в маленьком клане, приходится следить сначала за тем, чтобы твоё бегство и ночёвку посреди Пустоши не обнаружили раньше времени, потом — за мелкими, чтобы те не сбегали и не подвергали себя риску, потом — за тем, не маячит ли на горизонте старое, добытое мародёрствами и разбоями оружие…
-
Когда заканчивают песни гусляры, когда от плясок устаёт пол, когда пустеет посуда, когда на скатерти, белой, сияющей, застывают масляные пятна, когда перестают литься медовуха, вино, хмельное пойло в кубки, бокалы, деревянные чаши, когда теряется солнце за горизонтом и чернота гуще тьмы Чернобожьей заливает небо, когда затихает веселье, когда нестройной походкой разбредаются гости, сетуя, что закончилось…
-
Лея Шепард даже во время работы на «Цербер» не переставала считать себя офицером Альянса. Поэтому, когда адмирал Хакетт попросил в одиночку вызволить его старую знакомую из батарианской тюрьмы в системе Бахак, без раздумий, едва пережив один ад, кинулась в другой… Вот только какой станет награда для героя, который, спасая галактику, уничтожил её часть?
-
Вермайр, 2183 Лея Шепард никогда не смотрела прямо в черноту ствола вражеского дробовика, способного в любой момент разорваться неотвратимо смертоносным зарядом, никогда не чувствовала запах раскалённого металла у самого носа. Прежде. Лея Шепард — не из пехоты Альянса; она не солдат, не штурмовик — страж. Её забота не бой — оборона. Лея обязалась защищать всех,…