Рубрика: Рассвет придёт
-
— Таверна на торговом тракте, а не крепость, — нахмурилась Мириам, когда, возвратившись в покои, обнаружила на тахте доспех. Это был не её доспех. Она заглядывалась на него в разрушенной крепости Лавендейла; мысленно примеряла на себя прошлую, юную, громкую; воображала себя в тридцать первом году верхом на белом коне и в этом доспехе, озаряемую благодарностью…
-
За шелестом страниц — перелистываемых воспоминаний — сумерки сгустились незаметно. Размашистые небрежные буквы, начертанные не то угольком от костра, не то огрызком пера, слились вдруг в одну нечитаемую вереницу тёмных знаков, и Мириам остервенело растёрла ладонями заплывшие от беззвучных слёз глаза, вдавила кулаки в опухшие веки и тихо размеренно задышала. Не стоило ей всё-таки возвращаться…
-
— Мириам! Мириам! Кусланд, остановись сейчас же! Мириам, почти спустившаяся к конюшням Башни Бдения, нарочито медленно обернулась и прикусила щёку изнутри, чтобы не выругаться. К ней широкими шагами приближался Натаниэль Хоу, и уже одно появление его на горизонте не предвещало ничего приятного, а решительный тяжёлый шаг, которым он спускался по лестнице к ней – и…
-
Когда эта женщина появляется на горизонте, все Младшие Стражи бросают свои занятия и, как сурикаты, оборачиваются на неё. Эта женщина идёт плечом к плечу с самим Алистером, Ветераном Пятого Мора, о котором старожилы Вейсхаупта ещё помнили, как помнят колыбельные, которые пела на ночь мать, как помнят страшные байки, которыми обменивались в детстве. Все думали, что…
-
На обеденном столе во всём своём великолепии раскинулся Минратос. В центре кружили чернильные стрелки и грудились точки алого цвета, а окраины города, потонувшие в фиолетовых чернильных пятнах, безжизненными лоскутами свисали со столешницы. Мириам, прошествовав к столу под напряжёнными и настороженными взглядами — ещё бы, не каждый день видишь человека, побывавшего в сердце Чёрного Города и…
-
Из Денерима выехали, едва начало светать. Гнедые кони, здоровые, крепкие, сытые, пока вышагивали по-королевски размеренно, и цоканье их новеньких подков звонко взрывало тишину сонных, влажных после густой августовской ночи улиц. Их провожали. Не высыпали на улицы, не кричали пожелания удачи, не тянули руки в благоговейной попытке коснуться — нет: тихо, осторожно выглядывали меж замызганных окон,…
-
Расположившись на обитом красным полубархатом кресле с высокой спинкой, больше напоминающем трон, Мириам листала трактат о духах и демонах, пока Эммрик собирал вещи. Хотя суетился по большей части Манфред, то и дело посвистывая не то восторженно, не то негодующе, не то обиженно. Эммрик только командовал и иногда поднимал в воздух книги, склянки, записные книжки и…
-
Традицию раз в неделю ужинать вместе за большим столом и обсуждать душевные метания и насущные проблемы предложил Эммрик. Воспитанный среди могил и мертвецов, он жаждал жизненного тепла, которого не подарили ему детство и юность. С привычным оптимизмом его поддержала Нитка, от тоски по дому давно превратившая своё жилище в настоящий сад, а потом и Беллара,…
-
Хоссберг пах дымом костров, влажной землёй и скверной. Насквозь пропитавшая эти земли столетия назад и не успевшая за эти годы уйти глубоко, испариться, скверна взрыла поверхность чудовищными отростками, усыпала скалы и равнины, руины домов и крепостей уродливыми нарывами. Земля дыбилась и дрожала, но после Вейсхаупта здесь всё равно было спокойней. Поглаживая навершие сабли, Мириам со…
-
9:52 века Дракона, Маяк — Скажи, а ты… видела Архидемона? Это, пожалуй, излюбленный вопрос обывателей, встречающих Серого Стража. Пусть Пятый Мор и захлебнулся, не успев начаться толком (так, по крайней мере, говорили все Стражи, не ступавшие по осквернённой ферелденской земле; не видевшие пожираемый фиолетовым осквернённым пламенем Денерим; не блуждавшие среди развороченных порождениями тьмы деревенских домишек…