Метка: Мириам Кусланд
-
Мириам Кусланд проснулась от того, что кто-то шумно и жарко сопел ей в самое ухо и капал слюной на щёку. Мириам нахмурилась, вжалась крепче в подушку, шёлк прохладой огладил раздражённую щёку. За тяжёлым дыханием слух уловил топот ног в коридоре. Туда-сюда, сюда-туда — за дверью носился кто-то. Слуги? За окном слышалось скрежещущее лязганье маршировавших в…
-
Танец — вот самый верный язык чувств! Так говорила Мириам Кусланд, тогда ещё совсем юной дочери тейрна, готовившейся к своему первому балу, орлесианка, которую — назло сварливому дворянству, не иначе — отец пригласил обучать детей придворным танцам. Даром что орлесианка была в годах — тогда она казалась Мириам совершеннейшей старухой! — вела себя бойко, громко,…
-
— Таверна на торговом тракте, а не крепость, — нахмурилась Мириам, когда, возвратившись в покои, обнаружила на тахте доспех. Это был не её доспех. Она заглядывалась на него в разрушенной крепости Лавендейла; мысленно примеряла на себя прошлую, юную, громкую; воображала себя в тридцать первом году верхом на белом коне и в этом доспехе, озаряемую благодарностью…
-
За шелестом страниц — перелистываемых воспоминаний — сумерки сгустились незаметно. Размашистые небрежные буквы, начертанные не то угольком от костра, не то огрызком пера, слились вдруг в одну нечитаемую вереницу тёмных знаков, и Мириам остервенело растёрла ладонями заплывшие от беззвучных слёз глаза, вдавила кулаки в опухшие веки и тихо размеренно задышала. Не стоило ей всё-таки возвращаться…
-
— Мириам! Мириам! Кусланд, остановись сейчас же! Мириам, почти спустившаяся к конюшням Башни Бдения, нарочито медленно обернулась и прикусила щёку изнутри, чтобы не выругаться. К ней широкими шагами приближался Натаниэль Хоу, и уже одно появление его на горизонте не предвещало ничего приятного, а решительный тяжёлый шаг, которым он спускался по лестнице к ней – и…
-
Когда эта женщина появляется на горизонте, все Младшие Стражи бросают свои занятия и, как сурикаты, оборачиваются на неё. Эта женщина идёт плечом к плечу с самим Алистером, Ветераном Пятого Мора, о котором старожилы Вейсхаупта ещё помнили, как помнят колыбельные, которые пела на ночь мать, как помнят страшные байки, которыми обменивались в детстве. Все думали, что…
-
На обеденном столе во всём своём великолепии раскинулся Минратос. В центре кружили чернильные стрелки и грудились точки алого цвета, а окраины города, потонувшие в фиолетовых чернильных пятнах, безжизненными лоскутами свисали со столешницы. Мириам, прошествовав к столу под напряжёнными и настороженными взглядами — ещё бы, не каждый день видишь человека, побывавшего в сердце Чёрного Города и…
-
Из Денерима выехали, едва начало светать. Гнедые кони, здоровые, крепкие, сытые, пока вышагивали по-королевски размеренно, и цоканье их новеньких подков звонко взрывало тишину сонных, влажных после густой августовской ночи улиц. Их провожали. Не высыпали на улицы, не кричали пожелания удачи, не тянули руки в благоговейной попытке коснуться — нет: тихо, осторожно выглядывали меж замызганных окон,…
-
Расположившись на обитом красным полубархатом кресле с высокой спинкой, больше напоминающем трон, Мириам листала трактат о духах и демонах, пока Эммрик собирал вещи. Хотя суетился по большей части Манфред, то и дело посвистывая не то восторженно, не то негодующе, не то обиженно. Эммрик только командовал и иногда поднимал в воздух книги, склянки, записные книжки и…
-
Традицию раз в неделю ужинать вместе за большим столом и обсуждать душевные метания и насущные проблемы предложил Эммрик. Воспитанный среди могил и мертвецов, он жаждал жизненного тепла, которого не подарили ему детство и юность. С привычным оптимизмом его поддержала Нитка, от тоски по дому давно превратившая своё жилище в настоящий сад, а потом и Беллара,…