Метка: литературный этюд
-
Ночью небо Белобога густо-фиолетовое, тяжёлое, разреженное крохотными белыми точками, так что сквозь узенькое окно и не поймёшь сразу, снег это или звёзды; а иногда — разноцветное, расцвеченное зелено-лиловым пламенем, будто бы где-то высоко в небесах лопнули галогенные лампы. Сервал замирает, из-под ресниц глядя на цветные блики на окнах (они похожи на отблески волн рок н-ролла…
-
Сообщение от Верховной Хранительницы Белобога (не Коколии, уже — нет…) на электронной почте неотвеченным висит вот уже третьи сутки, а в почтовый ящик с официальными извещениями Сервал и вовсе старается не заглядывать. Только каждый раз, когда берёт в руки телефон, усмехается уголком плотно сжатых губ, гадая, посчитала бы предыдущая Верховная Хранительница трёхдневный игнор государственной изменой,…
-
2185 год, «Нормандия» Прислонившись плечом к стене, Лея Шепард из рубки пилота наблюдает, как друг за другом в стыковочном отсеке «Нормандии» пропадают члены команды, подобранной Призраком. На Цитадель спешит сойти каждый. Даже Тейн, предпочитающий созерцать в одиночестве, торопится повидаться с сыном до суда; даже Самара, предпочитающая затворничество и медитацию, вполголоса уведомляет Шепард о важной встрече.…
-
Мир единовременно взорвался множеством огней и царапающих слух мерзких звуков. Неждана невольно попятилась, прикрывая лицо ладонями и часто-часто дыша. Это совершенно не было похоже на её дом. Здесь пахло не целебными травами, развешенными под потолком приболотных хижин, не густой хвоей – здесь пахло дымной горечью и вязким испорченным туманом. Неждана сквозь растопыренные пальцы рассматривала новый…
-
Элис и море. Они связаны прочнейшими цепями — даже более крепкими, чем узы церковного брака. Элис не может долго находиться на земле. Горячий оранжевый песок пляжей Тортуги и раскалённые каменные дороги очень скоро заставляют Элис морщиться и прокусывать до крови обветренные губы: каждый шаг отдаётся тупой болью во всём теле и раскалённым металлом в крови.…
-
С каждым мигом в зале становилось тяжелее дышать. Украдкой ослабив тесьму на льняной тунике и вскользь коснувшись ключиц, Мириам сложила руки перед собой и повела плечами. Ей всё ещё нужно было сохранять достоинство, осанку и терпение. За узким окном густели августовские сумерки, но прохладой и не веяло: напротив, воздух раскалялся всё сильнее и сильнее. Эрл…
-
2186 год, Цитадель — Кстати, я приняла предложение Удины. Эшли неуклюже ведёт плечом, с которого совсем недавно сняли лангету, и невесомо приподнимает уголки пухлых губ. Мимолётная улыбка могла бы показаться умилительно красивой, если бы тянуло улыбнуться в ответ. Почему-то не тянет. — О должности Спектра? — сдержанно уточняет Лея зачем-то (прекрасно ведь знает, о чём…
-
Асгерд бежала. Всю жизнь отец учил их с братьями держать бой — сжимать древко меча так, чтоб клинок продолжением руки становился — а Асгерд бежала. Юфтевые башмачки едва касались древесины; она беззвучно всхлипывала, напитавшаяся крови и ярости. Асгерд сбегала, но не от боя. Предательски заколотый в собственной постели супруг не остался неотмщённым: убийца остался в…
-
2179, станция на орбите Земли Тихонько пиликает входная дверь, и Лея, задремавшая в бесформенном кресле-мешке под тонкозвучные мотивы индиктроники, дёргается. Вытягивает ноги, стряхивая морозное оцепенение, накрывшее её вдруг (и уже привычно), и прислушивается. Сквозь рок-балладу о невозвращении из пустоты до неё долетают обрывки родительских разговоров. С кем-то. Но слушать теперь их уже не так интересно,…
-
2186, Цитадель Едва различимый щелчок термозаряда, занимающего место в дробовике, действует магически. В зоне ожидания дока D24 не остаётся никого: ни развалившегося на два места озадаченного бизнесмена, ни фаната новостей, кажется, не оставляющего место перед терминалом, ни обнимающегося с женой-азари турианца. Одна Лея Шепард. И ствол дробовика в чешуйчатых лапах крогана. Всё это уже было…