— Она мне одежду купила… — расплылся в улыбке Руслан и больше сказать ничего не успел.
Дверь захлопнулась. Переодевшись в новую футболку, он подошёл к столу и пролистал Кристинины тетради. Одну, вторую, третью — ничего не было толком понятно, кроме того, что она психолог. Две трети вопросов мгновенно отпало. Руслан вернулся к бумагам.
Когда Кристина не вернулась в одиннадцать, Руслан ощутил смутную тревогу, скребущую, как гвоздь по стеклу. А ещё тянущее чувство вины. В полночь что-то долго скрежетало в замке и наконец провернулось. Кристина вошла в квартиру промокшая насквозь от дождя и слёз. И сходу швырнула в парня сумочкой:
— Руслан, почему ты не сказал, что это так страшно?!
Руслан едва успел уклониться; стакан воды в руке хрустнул и осыпался осколками на пол, полоснув по коже. Сперва мелькнула мысль, что это её психологический трюк. Кристина медленно сползла вдоль двери, дрожащими пальцами сжимая переносицу и глубоко дыша. Отбросив в сторону сомнения и осколки, Руслан кинулся к ней. Кристина не пыталась даже раздеваться, лишь нервно закусывала дрожащий палец.
— Что случилось? — Руслан легонько тряхнул её за плечи.
Пальцы смахнули с её лица мокрые тяжёлые пряди. В белом свете сверкнул лиловый синяк на скуле. Руки дрогнули, а в душе что-то глухо надорвалось; Кристина рывком отвернулась, пряча синяк. Но всё же ответила, сдержанно и рвано — ей было больно:
— Приходили люди. Тебя искали!
— Кто?
— Не знаю. Спрашивали, — мотнула головой, истерично вскрикнула: — Допрашивали! Ударили, когда соврала, что не знаю, где ты. Но потом записи посмотрели и поверили. Хорошо, что мы в разное время в-вышли.
— Хвоста не привела?
Это совершенно не то, что надо было сказать, но то, что беспокоило Руслана. Кристина перехватила его руку, успокаивающе скользившую по щеке, и глаза её гневно сверкнули:
— Нет. И это всё, что тебя волнует?!
— Прости. Натерпелась ты, да?
Кристина подняла на него глаза в потёкшей фиолетовой туши, и уголки губ её дрогнули. Тогда Руслан поцеловал её впервые.
Через неделю все новости вещали об успешном проведении операции. Руслану можно было возвращаться к нормальной жизни. Только это совсем не радовало. С Кристиной они прожили девять потрясающих суток, как будто были семьёй. Но его ждали горы бумаг, её — чемодан у двери и самолёт домой. И сердце сдавливало от обиды. Прощаться с Кристиной не хотелось.
Он пригласил её в тот самый клуб, где всё началось. На ней был чёрный кружевной топ и чёрные джинсы, кожанка болталась на стуле. На нём — купленная ею футболка и светлые джинсы. Руслан принёс к столику два «Великолепных Боба». Кристина с едкой грустью усмехнулась:
— Вот и всё, — сделала глоток, — напитки покрепче — слова покороче. Зачем?
— Я задолжал тебе спокойный вечер, — Руслан коснулся её руки, она тут же её отдёрнула. — Ты меня спасла.
— А ты меня. — Кристина погладила тонкую ножку бокала. — Понимаешь, я ж не москвичка. Мой город маленький, там всё однообразно. Скука! Когда прошла в Москву на магистратуру — порадовалась. Ждала чего-то нового. Но Москва, как выяснилось, тоже маленькая, шумная и монотонная. Он перемалывает большинство людей, как мясорубка. Две недели, а я уже убита. И ты. С большими неприятностями. Сейчас весело, а тогда было реально страшно.
Кристина замолчала, плотно сжав губы, и осторожно переплела их пальцы. Она ничего не сказала, но это было и не нужно. Диджей объявил медляк. Руслан, хлебнув коктейля для смелости, потянул Кристину танцевать. Они двигались медленно, пожирая друг друга печально-смиренными взглядами, и боялись признаться в переполнявшем чувстве. Руслан, опьянённый коктейлем и Кристиной, наклонился к её уху:
— Я позвоню.
— Не даю свой номер, — Кристина опустила взгляд на футболку и усмехнулась: — Чтобы не ждать зря…
— Я опер и всё равно позвоню, — Руслан притянул её ближе за талию и прижался виском к виску. — Не улетай. Останься.
— Ты пьян. Завтра пожалеешь ведь. И я пьяная, смотри — соглашусь.
— Напугала… — рассмеялся в её губы Руслан и вдруг замер. — Слушай, а ты тогда пошутила про любовь с первого взгляда?
Вместо ответа Кристина поцеловала его. У губ её был корично-сладкий вкус. Тот самый, с которого всё началось.
Добавить комментарий