Дом почти не изменился, словно бы два с половиной года стоял где-то в отдалении от моровой чумы, от голодной морозной зимы и ледяных ливней. Входная дверь покосилась, лиловый плющ переплетением змей растянулся на каменной кладке, кое-где были выбиты стёкла. Но выглядел домик, пожалуй, даже лучше, чем крепость. Безошибочно Мириам взглядом нашла окно, распахнув которое четыре года кряду смотрела на сияющее звёздами небо и слушала мальчишечьи мечты брата и Натаниэля. Оно было цело.
Ком огня лопнул в горле, драконовым ядовитым пламенем растёкся по жилам, и стало нечем дышать. Мириам зажмурилась. Всё это – мечты под звёздным небом, запах свежей дичи, громкий смех отца и Хоу – раскалённым клинком полоснуло сердце, потревожило утихшую было память.
Хоу как будто над ней издевался. Он успел спешиться и теперь стоял у ступеней, словно бы не решаясь зайти. Когда Мириам мягко спешилась, привязала поводья к ветви ближайшего дерева и замерла за его спиной, он обернулся.
— Я очень любил этот дом. Карон любезно согласился уступить мне его в обмен на помощь с дворянством. Подумал, что лучшего места для разговора не найти.
— Так… И о чём ты хотел поговорить?
— Ты помнишь, как мы любили сюда приезжать? Как на мечах здесь сражались?
Хоу определённо издевался над ней: так изощрённо выкручивал хрупкие воспоминания, как его отец – чьи-то суставы на дыбе в пыточной, так искусно вскрывал только-только поджившие зарубцевавшиеся шрамы на душе, как палачи отца раскалённым клинком вырезали узоры на коже несчастной эльфийки.
Мириам невольно отступила на пару шагов, рука сама скользнула на рукоять фамильного клинка.
— Мы приехали сюда, чтобы вспоминать прошлое? Я ухожу.
Хоу тяжело поднялся. Его фигура, в какие-то мгновения прогулки казавшаяся нескладной, слишком высокой, слишком поджарой, как у гончей, сейчас показалась угрожающе мрачной.
— Ты никуда не уйдёшь.
— А что ты сделаешь? Силой меня удержишь?
— А если и так? Мы долго будем бегать по разным крыльям крепости?
— Ничего страшного. Крепость большая.
— Ты всё равно далеко не уедешь отсюда.
— Не ты один в этих лесах блуждал.
— Я в них вырос. Ты – заблудишься.
— Найдусь, — клацнула зубами Мириам.
Хоу в один прыжок оказался подле неё. Сдавил запястье, и пальцы, сжавшие было рукоять клинка, ослабли. Мириам рванулась, попыталась ударить вслепую – Хоу перехватил и вторую руку. Мириам дёрнулась, но Хоу держал крепко. К тому же, у него было явное преимущество: у него не болела спина при каждом неудачном шевелении корпусом. Поэтому Мириам скоро перестала вырываться и лишь смиренно засопела.
Но стоило Хоу чуть ослабить хватку, на вдохе расправила плечи, разрывая кольцо рук. Крутанулась на пятках и почти вслепую двинула локтем по лицу. Хоу осел, схватившись за голову. На сизую куртку Стражей упали тёмные капли – кровь.
— Лихо, — невнятно пробормотал он и, прищурившись, поднял голову. – Кто научил?
Мириам тяжело моргнула. От вида Натаниэля Хоу, пальцем пытающегося остановить кровь из разбитой губы, она начисто забыла, что хотела сказать, сделать и куда отправиться.
— По… Сестра. Церкви.
Порывшись в сумке, где обычно таскала заготовки для припарок, ловко выудила из неё платок и протянула Натаниэлю.
— Прости. Просто… Неподходящее время для таких поездок.
— Другого просто не настанет, — пожал плечами Натаниэль, усаживаясь на земле поудобнее, и приложил платок к губе. – А мне хотелось поговорить с тобой.
— Это я поняла. О чём?
Натаниэль приглашающе похлопал по земле рядом с собой. Мириам переступила с ноги на ногу, недовольно поджала губы, но всё-таки опустилась рядом, сцепив пальцы в замок вокруг колена.
— Кто мы, Мириам?
— Вообще? – повела она бровями, глядя поверх вершин деревьев на блёклое солнце; проблески меж голых ветвей складывались в причудливые узоры. – Или ты и я?
— Ты умная женщина, Кусланд. Ещё в детстве была умнее многих. Не притворяйся.
— Ладно. Но неужели ты думаешь, что я отвечу? – Мириам, опираясь на руки, откинулась назад; пальцы тонули в рыхлой и податливой земле – напрасно она надеялась найти в ней хоть какую-нибудь опору. – Ещё в начале месяца мы чуть не убили друг друга, а от нашей ненависти посох Карона мог начать искрить. Но раз мы заехали в лесную глушь и остались целы… Мы не враги.
— И не друзья, — сухо констатировал Натаниэль, по-новому складывая платок.
Мириам кивнула.
Добавить комментарий