— Может быть, закончим на сегодня, миледи? — пропыхтел Роланд, когда меч Мириам в очередной раз с глухим дробным звоном покатился по площадке.
Мириам лишь фыркнула на мешавшуюся перед глазами прядь и схватила болтавшееся на ограждении полотенце. Сэр Гилмор всегда предусмотрительно приносил пару-тройку дешёвых жёстких солдатских полотенец, и, если у миледи Кусланд не было никаких дел, то до обеда все они оказывались промокшими насквозь и отправлялись в прачечную вместе с рубахами. Вот и сейчас пот с неё катился градом — как со взмыленной загнанной лошади, когда они с Натаниэлем Хоу пускались наперегонки по лесам Амарантайна.
Промокнув лицо и шею, Мириам поддела меч ногой и легко перехватила его рукоять в воздухе — как будто знакомое, но всё же чужое движение: в доме никто не обращался с оружием так играючи. Однако сэр Гилмор даже бровью не повёл — атаковал.
Слева мелькнуло лиловое платье матушки. Она неторопливо вышагивала по двору, разговаривая с кем-то. Мириам отвлеклась. Оглушительно просвистел у самого уха клинок, в последний момент уводимый Роландом в сторону.
Сэр Гилмор был искусным воином. Лезвие сверкнуло у самого виска. Мириам бросило в жар, когда в неуловимый миг краем зрения она различила в сильверите отражение мертвецки серых, почти безжизненных глаз. Отшатнулась. Роланд едва заметно подрагивающей рукой коснулся лба и укоризненно посмотрел на Мириам исподлобья. Сказать — ничего не сказал. Не то не смел, не то не успел, потому что к тренировочной площадке приближалась матушка.
— Доброе утро, моя дорогая, — голос её зазвучал высоко — верный признак недовольства, и Мириам подавила желание втянуть голову в плечи. — Позволь узнать, почему тебя не было за завтраком? И на утренней молитве? Между прочим, сегодня важный день.
— Прости, матушка, — спрятав меч за спиной, как будто бы он был причиной всех бед, Мириам пожала плечами, — я просто плохо спала последние дни. Сегодня не услышала суеты, не услышала служанку. Даже Клевер — и тот не сумел меня добудиться.
— Кстати, где твой несносный пёс? — матушке с трудом удалось скрыть нежную улыбку, какая касалась её губ, если она заговаривала о Клевере или Орене. — Надеюсь, он не доставляет хлопот Нэн, как обычно?
Мириам как можно убедительнее замотала головой и мысленно добавила: «Надеюсь». Матушка смерила её укоризненным взглядом и сокрушённо покачала головой:
— Надеюсь, тебе хватило рассудительности не бежать сюда голодной.
— Разумеется.
Матушка благосклонно кивнула, но уходить не торопилась: пока оглядывала взмыленную дочь, тяжело дышащего Роланда, тонкие пальцы её мягко барабанили по плечам. Она как будто хотела что-то ещё сказать, но в последнюю минуту позабыла и теперь вспоминала. Мириам качнулась на носках и глянула поверх матушкиного плеча: в отдалении всё ещё топтались одна мужская и две женские фигурки, но теперь в одной из них Мириам точно узнала леди Ландру, на прошлом приёме опьянело уговаривавшую обратить внимание на своего сына Деррена.
Проследив за взглядом Мириам, матушка вздрогнула, словно приходя в себя, и строго сдвинула тонкие брови:
— У нас сегодня много гостей, моя дорогая. Не только леди Ландра с сыном, но и Хоу. Отец распорядился, чтобы я подготовила ужин. И тебя. Он хочет видеть тебя в главной зале. Не заставляй его ждать.
— Хорошо, матушка, — смиренно кивнула Мириам, чувствуя, что диалог близится к завершению.
И точно: мама развернулась и мягко двинулась обратно к гостям, однако на полпути обернулась.
— И, будь добра, переоденься в платье!
Мириам рассмеялась и перекинула меч из руки в руку. Роланд покачал головой, однако безмолвный вызов принял. Снова скрестились клинки, на этот раз — c утроенным звоном. Матушкина напускная суровость и ожидание торжественного ужина с, наверняка, утомительно однообразными разговорами раззадорили Мириам. Она ловко и мягко, едва ли не пританцовывая, парировала выпады Роланда, но никак не могла перейти в атаку.
Наконец ей удалось поднырнуть под его рукой и обрушить удар на спину. В последний момент Роланд увернулся, и меч лишь противно царапнул кольчугу.
— Неплохой удар, — рассмеялся он, пятернёй приглаживая растрепавшиеся волосы, — бить в спину — почти всегда беспроигрышный вариант. Особенно когда противник не знает, что вы собираетесь ударить.
Холодная дрожь пронеслась по телу. В горле зазудело противно, садняще, словно кто вставил в него иглу и заставил проглотить, грудь сдавило кольцом невнятного, но глубокого, шипастого сожаления. Под лопаткой заныло, и руку прострелило онемением. Раздражённо встряхнув сначала одной рукой, потом другой, Мириам болезненно потёрла грудь и медленно выдохнула:
— Достаточно на сегодня, сэр Гилмор.
— Что-то не так, миледи?
Покорно вложив меч в ножны, он обеспокоенно вгляделся в её лицо — тоже онемевшее и, вероятно, потерявшее краску. Мириам тонко нахмурилась и неуверенно мотнула головой:
— Всё в порядке. Просто… Не стоит заставлять папу ждать, правда.
Добавить комментарий