Мириам Кусланд проснулась от того, что кто-то шумно и жарко сопел ей в самое ухо и капал слюной на щёку. Мириам нахмурилась, вжалась крепче в подушку, шёлк прохладой огладил раздражённую щёку. За тяжёлым дыханием слух уловил топот ног в коридоре. Туда-сюда, сюда-туда — за дверью носился кто-то. Слуги?
За окном слышалось скрежещущее лязганье маршировавших в парадных доспехах хайеверских солдат — гораздо больше, гораздо громче, чем обычно. Мириам мотнула головой и, вслепую оттолкнув морду Клевера, прогнусавила:
— Ещё рано, Клевер. Тебе надо — иди сам прогуляйся. Ты уже большой мальчик.
После чего поспешила накрыться с головой, по привычке наморщив нос, чтобы не вдыхать тяжёлый горько-травяной запах пыли. Казалось, что она не спала толком лет сто. Покрывало из медвежьей шкуры не пахло. Ничем. Клевер обиженно заскулил и возмущённо помял передними лапами её бедро.
— Уйди, — проскулила ему в унисон Мириам и дёрнула ногой.
Что могла сделать она против тяжёлого, упрямого — как говаривали родители, пошедшего вздорным нравом в неё саму — пса? Клевер боднул лбом в поясницу, Мириам покачнулась и едва не свалилась с кровати. Топот в коридоре приблизился к комнате, в дверь торопливо застучали.
— Миледи! Миледи, просыпайтесь! — на разные лады обеспокоенно заверещала служанка. — Вы пропустили завтрак и утреннюю молитву. Их Светлости за завтраком справлялись о вашем самочувствии. Что им сказать?
— Всё в порядке, — пропыхтела в подушку Мириам и, не услышав за дверью удаляющихся шагов, рывком откинула одеяло и крикнула: — Всё в порядке. Я… Я встала, да. Скажите, что я скоро спущусь.
Застучали по каменным плитам каблучки служанки. Обрадованно спрыгнул с кровати Клевер и призывно закружил вокруг сундуков. Взъерошив волосы, Мириам поднялась, впрыгнула в приготовленные ещё с вечера шерстяные штаны, стянула с сундука свежую рубаху — очередную из тех, которые ежедневно отправлялись в прачечную — нырнула в ящичек под зеркалом и, зажав в зубах кожаную тесьму для волос, принялась спешно вязать хвост. Движения выходили резкими, грубыми, жёсткими; волосы кололи ладони, мозолистые от постоянных тренировок.
Кое-как завязав хвост, Мириам спешно переодела рубашку и нахмурилась. Под ключицей белел овальный рубец, неправильно крупный — такие она не могла получить ни на охоте в Амарантайнских лесах прошлой весной, ни в тренировочных боях с Роландом, всегда аккуратным и чутким — этот рубец был похож на ранение от стрелы. Мириам недоверчиво коснулась его. Под пальцами перекатилась плотная гладкая кожа…
Клевер требовательно гавкнул. Мириам вздрогнула, спешно завязала ворот рубахи и, подхватив с сундука ножны, выбежала из комнаты.
Пробираться на тренировочную площадку с чучелами, разбитую на заднем дворе неподалёку от матушкиного цветника, Мириам Кусланд решила через кухню. В желудке тревожно подсасывало, а ей очень не хотелось во время боя грохнуться в обморок на руки сэру Гилмору. И проиграть. Поэтому, под укоризненным взглядом старой, нарочито суровой нянюшки Нэн, теперь заправлявшей прислугой, Мириам спешно перекусила только-только приготовленной свиной ножкой — вроде как на пробу к сегодняшнему ужину, к которому как будто бы ждали важных гостей — и, вгрызаясь в сочное, спелое, сладковатое яблоко с хайеверских садов, побежала дальше.
Клевер, всё время вертевшийся под ногами и поскуливавший в ожидании лакомого кусочка, потерялся где-то по дороге.
Сэр Гилмор был уже на месте. Ждал её, навалившись на ограду, и внимательно оглядывался по сторонам. В замке было слишком много солдат — Мириам отметилв это снова, когда едва не врезалась в четверых, а потом ещё небольшой отряд промаршировал мимо ограждения, через которое она перемахнула. Сэр Гилмор осуждающе сощурился, как всегда, когда Мириам Кусланд забывалась и вела себя, как какой-нибудь мальчишка-оруженосец, но промолчал и учтиво склонил голову.
— Миледи.
— Сэр Гилмор, — запыхавшись, выдохнула она и, обнажив клинок, швырнула ножны на солому, — надеюсь, я не опоздала.
— Нет, что вы, — улыбнулся Роланд, поднимая голову к небу; рыжие волосы его как-то по-новому полыхнули чистым горячим пламенем — и сердце на мгновение болезненно стянуло. — Только, боюсь, наше занятие сегодня будет несколько… Хм… Короче.
— Что-то случилось?
— А вы разве не знаете? — сэр Гилмор тоже вынул меч из ножен и ухватил его половчее. — В замок приказано прибыть всем солдатам Хайевера. Также в замок прибыли солдаты эрла Хоу под его командованием. Сегодня вечером часть готовится выступать.
— Разве идёт какая-то война? — тревожно нахмурилась Мириам, склонив голову к плечу.
— Не могу сказать точно, миледи. Но, очевидно, грядёт что-то важное.
Мириам лукаво сощурилась и, хвастливо крутанув меч в воздухе, ринулась на Роланда с рубящим вертикальным ударом.
— Не важнее, чем наш сегодняшний бой.
Клинки с пронзительным звоном скрестились. Тупая боль ударила под лопаткой. Руки свело дрожью. Схватив рукоять полуторного меча обеими руками, Мириам скрипела зубами в попытке устоять перед натиском Роланда. Тот мягко улыбнулся и, оттолкнув Мириам, так что она едва не села на застеленную соломой площадку, смиренно кивнул:
— Ну разумеется, миледи.
Мягко переступив с ноги на ногу — сапоги почему-то сидели как новые — Мириам Кусланд помедлила и снова кинулась в бой.
Роланд, тренировавшийся с ней с юных лет, выучил все её приёмы, и потому от ударов уходил изящно, стремительно, ловко. С каждым выпадом меч становился всё тяжелее, руки — слабее, на висках проступал пот. Мириам приходилось удобней перехватывать рукоять и успевать уворачиваться от ударов Роланда. Бил он не как брат или отец — без лишнего хвастовства и красивостей, какими упивался в тренировочных боях Фергюс, без неутомимой напористости и обманчивых взмахов отца — бил просто, прямо, но неуловимо. А Мириам всё равно никак не могла приноровиться к его технике боя.
Добавить комментарий